Версия сайта для слабовидящих  Версия сайта для слабовидящих

Апрель - месяц пробуждения природы и поэтому радостный для всех, даже у людей, живущих на берегу сурового Белого моря. Но в 1984 году он обернулся бедой в семье Крутовых, умер ее глава - участник и инвалид Великой отечественной войны Николай Васильевич. Его сыновья, Игорь и Александр, разбирая после похорон бумаги и документы отца, случайно обнаружили его армейскую фронтовую газету с сообще­нием, что красноармеец Кругов Николай Васильевич «За личное мужество и отвагу, проявленные при защите социалистического Отечества и исполнении воин­ского долга» награжден медалью «За отвагу». Вот это да! Отец от­важный боец, а они и не знали об этом всю жизнь!...

Семья Крутовых - потомственные поморы - жила в Мур­манске. Николай Васильевич и жена Ольга Александровна до войны работали в порту ры­бообработчиками. В их произ­водстве ежедневно была рыба: селедка, треска, семга. Каждую (!) рыбешку сортировали, мыли, разделывали, солили, обверты­вали пергаментом и укладывали в бочку, которую заколачивали и отправляли на Большую землю. А самим работникам достава­лись от той разделанной рыбы лишь потроха да жабры. В этой семье 19 декабря 1934г. родился их сын, кучерявый Игорек.

22 июня 1941г. на страну об­рушилась фашистская Германия. И летящая черная свастика дотя­нулась до Мурманска, начав ожесточенную бомбардировку его. Так, 24 июня немцы бомбили рыбный порт, 25 июня - строительные склады, затем вокзал, жилые кварталы. За неделю 64 стервятника сбросили на мирный город сотни зловещих бомб. Николай Василье­вич, не дожидаясь, когда фашисты с неба уничтожат его дом, обеспо коенный за семью: двух сыновей (6 и 4 лет), двух дочерей (5 лет и 2 месяца) и жену Ольгу, на второй день после начала бомбардировок успел посадить семью на поезд и довезти ее до станции Кандалак­ша. А немецкая бомба все-таки попала в родительский дом и раз­несла его. Конечно же, ни о каком имуществе в дорогу тогда нельзя было и подумать. Затем по Бело­му морю на рыбацком катерке он повез семью туда, где жили его поморские отец и мать с сыном Сергеем, в устье реки Варзуга. Там он высадил свою детвору и жену на голый, песчаный берег и, не простившись с нею, поспешил на ожидавший его катерок, который взял обратный курс на Кандалак­шу. Так и ушел отец добровольцем в Красную Армию воевать с фаши­стами на Карело-Финском фронте. Игорю тогда шел седьмой год, и он хорошо запомнил тот суматошный тревожный период, помнит даже, что его 24-летняя мать, испытав неимоверный стресс от пережи­того, тут же на берегу упала без сознания. А что же испытали ее дети - одному Богу известно!

Рубежи  поморского детства

Фактория располагалась на правом берегу реки Варзуга. (Для справки: фактория - уч­режденный государством в от­даленном промысловом райо­не пункт для закупки добычи рыболовов, охотников). Здесь стояло 5-6 домов, среди которых и был небольшой родительский. А подальше, в 5 км. на левом бе­регу находилось поморское село Кузомень со школой-интерна­том. Это небольшое село входит в сельское поселение Варзуга Терского района, расположенное на двух берегах одноименной реки в 140 км. от районного цен­тра. Земли эти были когда-то

вотчиной Соловецкого монастыря. Жильцы сами делали кирпичи, из которых клали русские печи, возводили дома. Мужики «шили» лодки.

На этой песчаной земле ничего не росло, потому и не сажа­ли картошку и не выращивали огурцы, помидоры. Не росли и плодовые деревья, и ягодные кусты, оттого и не знали ни фруктов, ни ягод. Не было и скота, поэтому дети не знали и вкуса молока. Не было и конфет, и всяких сладостей, а жили на одной рыбе. Лишь тогда, когда подходили к побережью боевые советские корабли, детишки могли полакомиться дарены­ми моряками кусочками сахара. То-то был праздник!

В поселке жили одни стари­ки, да старухи, детей почти не было. Через некоторое время сюда привезли эвакуированных 17-18-летних белорусских беже­нок. Поселок оживился, хотя и не было электричества и радио. Не было и медицинского пункта, наверное, потому, что помор­цы народ закаленный, сильный, научились выживать, как могли. Не было даже мыла, его изготав­ливали сами из рыбы корюшки. На этой фактории был склад со льдом, заполненный чанами, для него и рубили лед все, у кого были силы и желание трудиться, что-то заработать. Жили, как го­ворится: «По одежде - заплата, по работе плата».

Игорь начал свою учебу в Кузоменьской школе-интернате, до которой он добирался вместе с 10-летним племянником Сере­жей и другими детьми пешком по пескам и на лодке летом, пере­плывая реку, и шли еще 5 км. до этой школы, а зимой под леденя­щими ветрами по сугробам и льду. Учиться было нелегко. Учебников и тетрадей не было. Хотя и было чистописание, но писали натех же пергаментных клочках. После учебы, едва отогревшись дома, Игорек шел на реку искать хоть какую-то древесину, выброшенную морем  на берег, необходимые для печки дрова. Помогал маме, как мог. Хотя и тяжело ему было рубить прорубь во льду реки для полоскания ею белья, но надо! И это «надо», как непреложный закон, было опре­деляющим в его детской судьбе...

Потом приехала еще дочь отца с сыном, в избенке стало проживать 10 человек. Спали на нарах, обедали на длиннющей скамейке. Так жили до весны 1943 года. В апреле случилось радостное событие. Вернулся отец с фронта, приехал на оле­нях, с костылями, простреляна фашистами правая нога. Как бы ни было, но он сумел перевезти семью в деревню Кошкаранцы, которая находилась в 30 км. от Кузомени. Там отец стал рабо­тать мастером фактории, вел приемку рыбы от рыбаков и учет рыбного производства. И здесь, как и на прежнем месте, Игорь собирал сельдь из ям после от­лива морской воды.

В 1946г. отец был переведен в факторию поселка Чупа. Здесь поселились уже просторно в 2-х комнатах с отдельной кухней. Игорь Николаевич до сих пор помнит добродушного хозяина дома Царькова. Да, это он был помещен на первой обложке популярного в стране журнала «Огонек», как самоотверженный труженик-помор 40-х годов.

В этом поселке в 1947г. родил­ся любимый брат Александр, так­же познавший тяготы поморской жизни, ставший впоследствии по­сле окончания МГУ известным в стране журналистом. Да, это он мужественно, без средств защиты провел первый репортаж с места Чернобыльской аварии, и страна узнала о подлинной ядерной ка­тастрофе. Активный, деятельный: депутат Верховного Совета СССР (с 1990г.), Государственной Думы РФ (с 2003г.), академик Россий­ской академии Естественных наук (РАЕН), академии Российской словесности. Награжден орде­ном «Мужества» и медалью «За укрепление боевого содружества».

Там же в Чупе в 1949г. ро­дилась и сестра Люба. Теперь в семье Круговых уже было шесть детей. Радостным событием для Игоря в поселке было его действо - крутить ручку невиданного чуда - кинопередвижки немого кино для изумленных сельчан. В этом поселке прожили 3 года. И вновь дорога, в пос. Умба этого же района. Ближайшая станция Кандалакша в 110 км. Благо, что есть на улицах несколько деревянных тротуаров, можно и побегать . Но и тут, как и на прежних местах, не было мячей, чтоб поиграть в футбол. Здесь Игорь , начав учебу с 8  класса, закончил 10-летку и распрощался со свои трудным поморским детством. А оно , как соль жизненной правды, въестся в судьбу и не отпустит до самых последних дней. Оно-то необы­чайно и закалило паренька для постижения им новых рубежей. Но для этого нужна была уже другая школа...

Упорство и воля поморца

С ноября 1953г. Игорь Николаевич Кругов служил в Советской Ар­мии, в войсках связи. После курса молодого бойца, был на сержант­ских должностях. В памяти еже­дневные утренние 5-км пробеж­ки. В 1954г. ему присвоено звание сержанта и поручена должность зам. командира роты. А в 1955г. он сдал экзамен на офицера за­паса и 6 ноября 1955г. со званием младшего лейтенанта демобили­зовался. В Терском районе ему поручили возглавлять комитет ДОСААФ. Но для жизни Крутову нужны были новые знания, и райком партии выдал ему реко­мендацию в Саратовский юриди­ческий институт. На учебу ходил в военной форме. Подрабатывая в порту на разгрузке барж и вагонов на железнодорожной станции, он приобрел свой первый костюм. Физические нагрузки не снижали интерес и волю к юридическим знаниям, и впрямь, «работа и му­чит, и кормит, и учит».

С затаенным дыханием, поч­ти не прерывая, автор строк слу­шал заслуженного ветерана про­куратуры, глядя в его глаза, а они у него искрились молодецким задором, да только иногда в их уголках появлялись прозрачные бисеринки - свидетели тяжелой детской судьбы.

Служение Игоря Николаевича делу законности и правопорядка началось с 1961г. старшим следо­вателем прокуратуры п/я 5 (ЗАТО Северск-А.Г.).Ас 1976г.девятьлет он руководил этой прокуратурой. С 1985г. служил заместителем, а затем и прокурором Томской об­ласти. Государственный советник юстиции 3 класса (генерал-майор - А.Г.) Игорь Николаевич Кругов в 1996г. вышел в отставку. Орден «Знак Почета», медали «Ветеран труда», «За верность закону» 1 ст. и другие - знаки его преданного служения Отечеству. Убеленный сединой ветеран прокуратуры уловил мой взгляд на застывшую метровую шхуну и с мягкой улыб­кой произнес: «Подарок прокурора Войкина!». Уважают коллеги его военное поморское детство..